назад Оглавление вперед


[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [ 35 ] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43]


35

Еого рынка. Одно из наших возраженго! против «волны-убишды» которая, по лгаешпо больпшпства теоретгаов циклов, должна возникнуть или сейчас, или в 1979 году; состоит в том, что психологическое состояние среднего инвестора не кажется лфавновешенным Большинство значительных коллапсов на фондовом рьшке порождено оптилшстическими периодами, когда рынок был переоценен. Подобные условия определенно не наблюдаются сегодня, поскольку восемь лет сильного медвежьего рьшка научили сегодняшнего инвестора быть осторожньа!, консервативным и циничным. Оборонительные позиции не свойственны вершинам.

Итак, что дальше? Входим ли мы в новый период хаоса, как это бьшо в 1929-1932 годах?

В 1929 году, когда исчез спрос на акции, в структуре рынка образовались «воздушные ямыс, и цены круто упали. Никакие усилия лидеров финансового сообщества не могли остановить панику после того, как на рынке стали править эмоции. За ситуациями такой природы, которые случались на протяжении последних двух сотен лет, обычно следовали три или четьфе года хаотических условий на рынках и в экoнoшкe. Мы не увидели схожей с 1929 годом силуа-ции в 50-х, и хочется надеяться, что она никогда не вернется.

На самом деле четыре фундаментальных изменеття рьшочных условий могут стать составной частью базиса для возникновения настоящей паники когда-то в будущем. Первое-это постоянно возрастающее господство на рынке институциональных инвесторов, что очень сильно увеличивает влияние эмоций отдельного человека на поведение рынка, поскольку миллионы, а может быть, и миллиарды долларов могут оказаться под контролем одного человека или небольшой гртопы. Второе - это рождение рьшка опционов, на котором множество «маленьких людей» будут иметь ставки в тот момент, когда рынок подойдет к своему штку. В такой ситуации мил-шардные убытки могут быть понесены за один день торгов на NYSE. Третье - изменение периодичности долгосрочных доходов с шести месяцев до года (с точки зрения налогообложения), что может обострить синдром «невозможности продать» у тех, кто настаивает на регистрации для налоговых целей Ш1шь долгосрочных доходов. И. наконец, уничтожение роли специалистов на NYSE по решению SEC, которое принудит крутшые брокерские конторы выстултать в качестве дилеров и. следовательно, для обеспечения ликвидности на

рьшке и-меть очень высокие позиции в evMarax. Это сделает их весьма уязвилгыми в случае резкого сш1жения цен.

Паника-проблема эмоций, это не эллиоттовская проблема. Волновой 1тршщип лишь пред>т1реждает инвестора о надвигающихся и.?менениях рьшочного тренда к лучшему или к худшему. Важнее решить, чего ожидать от следующего десятилетия, чем пытаться предсказывать конкретные условия. Не важно, насколько точно мы оцениваем вероятности, касающиеся отдаленного будущего. Наши интерпретации могут ме1шться до тех пор, пока пятая волна малой степени пятой промежуточной волны пятой первичной вошы проходит свой путь от минимума 1974 года. Посколыу «пятая пятой» близка к своему завершению, волновой анализ Эллиотта должен быть в состоянии распознать конец цшишческого бычьего рьгака акций. Проводя анализ движений рьшка в соответствии с положениями волнового пртщипа, помните, что самое важное - это подсчет волн. Наш совет - считайте корректно if никогда, никогда не полагайтесь слепо на предположения ранее разработанного сцена-рия. Несмотря на все представленные здесь свидетельства, Л1ы будем первьши, кто отвергнет даннъье тцуедсказания, если вол11Ы tio-требуют этого.

Однако если наш сценарий окажется верным, то новый большой суперцикл отправится в путь, как только окончится текущая cjTiep-цшическая волна V. Первая фаза могла бы окончиться примерно в 1987 году и опустить рынок с его пика снова на уровни вблизи 1 ООО. В конце концов, снижение большой сушерциклической степени может дойти до своей ожидаемой цели внутри диапазона четвертой волны предыдущего суперцикла между 41 и 381 пунктом Доу. Разумеется, мы не делаем какого-то определенного прогноза, несмотря на наши подозрешш в отношении паники, которая может возникнуть сразу после пика. Рьшок часто совершает икшульсивнъге движения во время во.лн А. но крутые движения с большей вероятностью ра.зворачиваются в волнах С образовшгай А-В-С. Тем не менее Чарльз Дж. Коллинз боится наихудшего, когда заяв.ляет:

«Я думаю, что конец суперциклической волны V с большой вероятностью станет свидетелем кризиса во всех мировьгх финансовых лусовках и в кейнесианском фиглярстве последних четырех с 1ЮЛОЕИНОЙ десятилетий. Поскольку волна V завершает большой



суттерцикл, нам следует укрыться в наденшом убеживде. пока буря не уляжется».

Закон природы

Почем> человеку постоянно приходится укрываться от ураганов, им же самим и сотворенньсх? Эндрю Диккинсон Вайт в своей книге «Инфляция бумажных денег во Франции* подробнейшим образом исследует те моменты прогшюго, когда «опыт подменялся теорией, а здравый смысл в бизнесе уступал финансовой метафизике». В предисловии к этой книге ГЪнри Гкзлитт размьииляет о беспрерывных ЛЮДС1СИХ экспериментах с инфляцией:

«Возможно, исследование других великггх периодов инфля-гщи - экспериментов Джона Ло с кредитом во Франции между 1716 и 1720 годами; истории нашей собственной Континентальной валюты межд\ 1775 и 1780 годами; бумажных денег периода 1ражданской войны; великой немецкой инфлящ1И, достигшей своего пика к 1923 году, - помогло бы понять и усвоить этот урок. Должны ли мы из этих ужасных и повторяющихся свидетельств еще раз сделать безнадежный вьшод, что едгаютвегшое, чему учится человеку истории - это осозна1ШЮ того, что он ничему не учится? Или у нас все-таки есть еще достаточно времени, здравого смысла и смелости сделать выводы из этих страшных уроков прошлого?»

Размышления над этим вопросом привели нас к мысли, что, очевидно, отказ человека временами воспринимать законы природы - это тоже один из законов пр1фоды. Если бы такое предположение было неверным, волновой принцип Эллиотта никогда не мог бы быть оть"рыт. поскольку он не мог бы существовать. Волновой принцип существует отчасти из-за того, что человек отказывается учиться у истории, из-за того, что он всегда рассчитывает, что два и два могут дать и дадут пять. Он склонен к вере в то, что законов природы не существует (или, скорее, что они «неприменимы в этом случае»), что можно потреблять то, что не произведено, что долги не нужно возвращать, что обещания равносильны богатству, что бумага есть золото, что польза не требует залрат. а страхи, порож-

дегшые разумом, исчезнут, если на них не обращать внимания или смеяться над ними.

Паника представляет собой внезапное эмоциональное осознание реальности массалга, как и начальный поворот вверх от нижней точки этой паники. В такие моменты разум неожвданно проявляется в массовой ПСИХОЛОГШ1. говоря: «Все зашло слишком далеко. Сегодняшний уфовень цен в действительности не оправдан». То, в какой мере этот разум ранее игнорировался, и будет определять уровень, которого достигнут экстрему\ш1 колебаний эмоций масс и вместе с ними экстремумы рынка, являющегося их отражением.

Из всех законов природы наиболее слепо в текущем эллгюттовс-ком суперцикле ипюрируется то. что. иск-лгочая случаи семьи и благотворительности, каждый живой организм в природе либо сам заботится о своем сулцествовании, либо не имеет права на это существование. Истинная красота природы заключается в ее фтакцио-нальном разнообразии, где каждый элемент жизни переплетается с друтими. часто давая что-то другим, просто потому; что тем самым он получает что-то сал!. Ни одно лживое существо, кроме человека, не требует, чтобы соседи его поддерживали, поскольку у него есть на это право, - нет у него никакого такого права. Каждое дерево, каждый цветок, канодая птичка, каждый заяц или волк берет от природы то. что она предоставляет, и не ждет никакой помогци от oicpy-жаюших. Одш1м из самых прекрасных экспериментов в истории человечества была американская струтхтура человеческой свободы п ее необходимая капиталистическая среда, основанная на свободном предпринимательстве. Эта концепция освобождала человека от обязательств перед друтими, будь эти другие феода/шнылш лордами, помещиками, королями, епископалш, бюрократалш или толпой, требутощей бесплатного хлеба и зрелищ. Разнообразие, богатство и красота этого эксперимента останется в анналах истории памятником одному из вeличaЙIlILX законов природы, последним ярким достижением Тысячелетней волны.

Отцы-основатели Республики пе случайно выбрали в качесгве государственной печати Соединенных Штатов га1рамиду, увенчан-H\To всевидящим оком. Они использовали египетский символ все-объешющей истины, чтобы провозгласить организацию совершенного общества, общества, основанного на знании человеческой природы и действии зшюнОБ природы. За последние сто лет по полити-



ческим причинам значение слов основателей было искажено, а их намерения извращены, что, в конце концов, привело к обществен-ном\ строю, сильно отличающемуся от того, который лежал в основе. Ирония в том, что снижение стоимости долларовой банкЕюты. несущей на себе печать Соединегашгх Штатов. отражает упадок ценностей вн>три социального и политического строя. На момент написания этой книги стоимость доллара фактичесгат составляет двенадцать центов от уровня 1913 года, когда была создана Федеральная резервная система. Обесценивание валюты фактически всегда сопровождалось снижением стандартов цивилизацтти.

Вот как описывает эту проблему наш друг Ричард Рассел:

«Я твердо верю в то. что мировые проблемы бьиш бы разрешены (а Земля стала бы походить на Небеса), если бы каждый взял на себя полшто ОТВЕТСТВЕННОСТЬ за себя салюго. Разговаривая с сотнями людей, я не обнаружил и одного из пятидесяти, кто бы сам себя поддерживал, брал бы на себя ответственность за свою собственную жизнь, делал бы то, что до-пжен, приш-гмат бы свои собственные страдашгя (вместо того, чтобы причинять их другим). Такой отказ брать на себя ответственность простирается и на финансовую сферу. Сегодня люди настаивают на своем праве на все - до тех пор, пока вы и я за это платим. Существует право на работу, право пойти в колледж, право на счастье, право есть три раза в день. Кто обещал людям все эти права? Я верю в свободу любого сорта, до того момента, пока свобода ие становится патентованной и не при-шшяет утцерба. Но американцы путают свободу с правалш».

Лорд Томас Бэбингтон Маколей, бритацскш! историк и государственный деятель, которого мы циттфуем выборочно, более ста лет назад верно устгшовил корень проблемы в своем raicbMe к Г. С. Рэн-датлу, датироватшом 23 мая 1857 года:

«Я сердечно желаю вам самого лучшего. Но вместе с тем не могу справиться с самылш плохилш предчувствиями. Вполне очевидно, что ваше правительство никогда не сможет обуздать н>ждаю-щееся и недово.аьное большинство. Потому что для вас болыиин-ство - это правительство, и есть богачи, которые всегда в мень шинстве и полностью зависят от его милости. Придет день. ко1Да в штате Нью-Йорк толпы людей, ни у itoro из которых нет более.

чем половина завтршса, и кто не нсдет больше, чем половтгы обеда, станут выбирать себе законы. Можно ли сомневаться в том, что за законы они предпочтут? С одной стороны, государственный муж, проповедующит! терпеш1е, уважение к правам, строгое соблюдение публтгчных обещатой. С друтой - демагог, произносящий громкие слова о ттфашш катшталистов и ростовщиков и вопрошающий, почему кто-то может пить шалшанское и разъезжать в экипаже, когда тысячи честных людей нуждаются в самом необходимом?

Я всерьез опасаюсь, что вы станете в некие неблагоприятные времена, подобные описаштьгм мною, делать веищ, которые будут препятствовать возвращению процветания; что вы будете поступать, как люди, которые в скудные времена сожрали бы все запасы семян для посева и, тшсим образом, превратили бы следующий год в не просто скудный, а в абсолютно голодный. Либо некий Кайзер или Наполеон возьмет бразды правления в свои твердые руки, или ваша Республика в двадцатом столетии будет безжалостно разграблена и опустошена варваралш, как в пятом была разр\тиена Римская империя: с той Л1Ш1Ь разницей, что гунны и вандалы, опустошившие Рим, пришли извне, а ваши гунны и вандалы будут порождены вашей собственной страной и вашилш собственныьш ршс-тилутами».

Фулгкция капитала (семян) состоит в том, чтобы вместе с доходом производить еще больше капитала, гарантируя процветание будутцих поколений. Будучи однажды промотанным политикой социальных трат, капитал исчезает; человек может сделать джем из ягод, но ему не под си.лу сделать из джема ягоды.

На протяжении этого столетия делалось все очевиднее, что ради Удов.летворения притязаний некоторых индивидууюв и групп на то, что произведено другими, человек, при содействии государства, начал проедать то, что создал. Он не то.лько растрачивает то, что фоизводит сегодня, но, кфоме того, и то, что произведут его потомки, проедая капитал, над накоплештем которого трудилось не одно поколение.

Во имя права, не существующего в рамках природных законов. Человек ввел бумажные деньги, за которыми ничего не стоит, но на Которые все можно купить, его по1спни, траты и обещания экспоненциально растут, создавая велича14ш\ло в истории мира долговую

[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [ 35 ] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43]