назад Оглавление вперед


[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [ 46 ] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137]


46

второй мировой войны создание общества изобилия было главной целью всех западных государств. Система планирования, использованная последними для достижения этой цели, прекрасно вписалась в аналогичную стратегию крупных компаний. Государство финансировало большую часть промышленных исследований (НИОКР), развивало систему технического и высшего образования, субсидировало капиталовложения и использовало властные полномочия для расширения рынков сбыта продукции своих производителей. Крупные предприятия, со своей стороны, стремились наращивать инвестиции, учитывая общую направленность экономических планов правительства. После войны такая координация действия в целях построения общества изобилия, являлась краеугольным камнем в строительстве здания смешанной экономики.

Соображения, изложенные здесь и опирающиеся на работы Гэлбрейта, Адольфа Берля (Adolf А. Berle) и Питера Дракера (Peter Drucker) стали объектом суровой критики со стороны многих исследователей, которые обвиняли авторов концепции техноструктуры в "экстремизме" и чрезмерных обобщениях*. Относительный вклад крупных предприятий в общее экономическое развитие (включая и США) был не столь велик, как это полагали упомянутые исследователи. В послевоенное время большим потенциалом развития располагали и маленькие компании, тесно связанные с рыночной системой. К тому же этому развитию в немалой степени способствовали и сами крупные фирмы, обеспечивая независш»1ых производителей субподрядными заказами и оставив за ними рынок услуг.

Очевидно и то, что крупные компании также никогда полностью не вписывались в систему планирования, и частично их деятельность протекала по правилам рынка в условиях смешанной экономики. Несовпадение показателей прибыльности и экономического роста крупных предприятий свидетельствует о том, что последний не всегда является отражением системы планирования. Рынок оставался значимой переменной. Для основных и особенно традиционных отраслей наверстывающий процесс, порожденный развитием новых предприятий или увеличением импорта, представлял реальную угрозу. Даже когда крупные компании контролировали значительную часть рынка своей продукции, их монопольные или оли-гопольные позиции были уязвимыми. Появление на рынке заменителей традиционной продукции, ставшее возможным благодаря технологическому прогрессу, предоставляло потребителю свободу отказаться от покупки некоторой продукции. К тому же слишком заметные монополии становились мишенью для общественного мнения, настроенного против подобной ситуахщи.

Наконец, техноструктура никогда не была гомогенной, как полагали некоторые исследователи. Ее верхушка представляла "власть в себе". Высшие слои управляющих использовали техноструктуру и экономический рост компании для удовлетворения в первую очередь собственных амбиций по укреплению власти и социального статуса. Эти цели практически совпадали с тем, чего хотели добиться владельцы фамильного капитала за счет увеличения прибылей. Управленческая аристократия сформировала в Европе и Японии прослойку, гораздо более закрытую для внешнего мира по сравнению с американской, а влияние богатых семей сохранилось и после второй мировой войны. Семейный капитал выдвинул своих представителей, которые, закончив престижные учебные заведения, занимали руководящие должности на крупных предприятиях.

Тем не менее, за некоторыми исключениями, революция в системе управления предприятиями сыграла очень важную роль в общем экономическом развитии Запада и способствовала формированию социальных и экономических аспектов позиции государства-покровителя.

* Своеобразный синтез этих критических взглядов см.: Rompuy V. J.K. Galbraith. P. 210-221.



3. ИННОВАЦИИ И ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ: КОНВЕРГЕНЦИЯ ИЛИ ДИВЕРГЕНЦИЯ?

КЕЙНСИАНСКИЕ ДЕСЯТИЛЕТИЯ

Согласно мнению некоторых экономистов, инновации имеют тенденцию появлятыя гроздьями и в некоторые периоды чаще, чем в другие. Когда их частота была очень высокой, сократился промежуток времени, отделяющий момент изобретения от начала его использования. В прошлом такими благоприятными периодами являлисы 1760-1770, 1825-1840, 1880-1895, 1930-1950 гг. Впечатляющим был период между 1930 и 1950 гг., когда волна инноваций охватила сразу многие отрасли. В области транспорта можно отметить изобретение ракеты ( 1935), вертолета (1936), дизельного двигателя (1937) и реактивного самолета (1942). В области электричества и электроники - это электронный микроскоп (1933), радар (1935), магнитофон (1935), телевизор (1936), флуоресцирующее освещение (1938), долгоиграющая пластинка (1948) и транзистор (1948). В химии наиболее важными были изобретения плексиглаза (1931), поливинилхлорида (1932), целлофана (1933), пленки для цветного кино (1935), каталитического крекинга (1935), нейлона (1938), ДДТ (1942) и силикона (1943). В области фармацевтики упомянем пенициллин (1942) и стрепюмицин (1944). Также стоит сказать о шариковой ручке (1945), процессе непрерывной отливки стали (1948) и ксерографии (1950).

Поразительно то, что большинство из упомянутых изобретений было сделано на германских и американских предприятиях. Ввиду того что вторая мировая война исключила Германию из инновационного процесса, первая фаза внедрения конструкторских разработок 30-х и 40-х годов распространилась лишь на территории США.

Были созданы новые рынки, появились новые растущие отрасли экономики, что придало догюлнительный импульс инновационной волне за счет создания новых рабочих мест.

В 50-х и 60-х годах континентальная Европа и Япония продемонстрировали больший потенциал экономического роста, чем США, и, как мы уже отмечали, в немалой степени это было связано с наверстывающими темпами развития. Весь этот процесс позволил использовать не только результаты технических изобретений периода второй мировой войны, но и более раннего времени. США обладали столь большим преимуществом в развитии современной экономики, что появленш общества потребления оказало благотворное влияние на производство, производительность, а также на распространение практики внедрения инноваций в произ-водствоМ*.

в период 50-х и 60-х годов акцент был следан на "экстенсивные" инвестиции. Этот период был отмечен определяющим влиянием взглядов Кейнса на развитие экономики, в результате чего основное внимание было сосредоточено на стимулировании спроса и наращивании инвестиций в промышленность**. Естественно, эти инвестиции несли в себе игаювации, веду1цие к рационализации труда, т.е. к сокращению рабочей силы, но это было не главной характерной чертой этой эпохи. Акцент делался на увеличение новых или уже существующих технологий. Это минимиз1фовало роль предпринимателя: професс в области технологии и организации производства привел к простому вложению капиталов для выпуска продукции массового потребления и длительного пользования.

Тем не менее прогресс 50-х и 60-х годов имел и преимущества. Инвестиционный процесс предполагал "пристрастный" выбор отраслей, в которые должны были быть

•* о влиянии роста населения на процесс инвестирования и применения инноваций см.: Kuznets S. Growth and Structure.



вложены дополнительные средства. Это же требовалось и при выборе типа капитала, а также наиболее выгодного способа его использования. По мнению Шум-петера, предприниматели, таким образом, имели широкие возможности маневра в применении своих творческих способностей. Без их активного участия процесс инвестирования капитала не смог бы преобразоваться в экономический рост и процветание.

Следует также внести некоторые нюансы и в гипотезу, которая предполагает постепенное устранение пропасти, отделявшей США от остального мира. Конвергенция была доминирующей тенденцией экономического развития в 50-х, 60-х годах, так как темпы роста Западной Европы и Японии опережали американские. Однако не следует упускать из виду то обстоятельство, что технологический прогресс и методы современного управления производством в США продолжали развиваться. В Европе же и Японии наверстывающий процесс в новых отраслях протекал гораздо медленней, чем в традиционных. Таким образом, несмотря на общую тенденцию к конвергенции, в некоторых секторах экономики проявились признаки новой дивергенции.

РЕАБИЛИТАЦИЯ ШУМПЕТЕРА

Прогресс в области технологий и организации производства в фабричной промышленности в 50-х и 60-х годах, связанный со стремительным экономическим ростом, который был вызван инвестиционным бумом на Западе, а затем в странах Восточного блока и некоторых государствах "третьего мира," привел в 70-х годах к насыщению рьшка*. Бурный расцвет промышленного производства в развивающихся регионах представлял непосредственную угрозу для промышленности старых индустриальных государств. Диверсификация и рационализация производственного процесса позволили временно ответить на данный вызов. Это давало возможность постоянно поставлять на рынок новую продукцию как для удовлетворения существующих запросов потребителей, так и для формирования новых. Развитие спроса на новую продукцию проходило обычный жизненный цикл последней: первоначальный рост сменялся стадией насыщения рынка. Как только производство этой продукции достигало регионы с низким уровнем заработной платы, традиционные индустриальные страны сталкивались с необходимостью усиления рационализации и диверсификации производства. В 70-х годах потенциальные возможности таких усилий оказались исчерпанными.

В соответствии с идеями Шумистера Менш считал, что такое исчерпание неотвратимо вело к периоду длительной стагнации и рационализации деятельности предприятий. С точки зрения технологии экономика находилась в заблокированном положении ("Das Technologische Patt"). Однако вызванные этой ситуацией трудности, заставившие старые индустриальные страны столкнуться с угрозой экономического упадка, вызвали необходимость внедрения инноваций фундаментального характера". 80-е и 90-е годы призваны были стать, таким образом, тем периодом, когда инновации фундаментального характера должны опережать темпы расширения инвестиций. В производство должны быть запущены новые товары, в то время как прогресс в области технологии и организации предприятий обязан породить широкомасштабное замещение труда капиталом, в зависимости от макроэкономического производства, испытьшающего изменения фундаментального характера. Так зарождается новая структура и, соответственно, новая длительная фаза экстенсивного роста.

Опыт 60-х и 70-х годов показал, что продукция промышленного производства в процветающей экономике проходит жизненный цикл, и ее производство обычно приводит к насыщению рынка. Но Менш и другие экономисты неошумпете-рианского направления не объяснили, почему насыщение рьшка происходило в одно

[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [ 46 ] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137]