назад Оглавление вперед


[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [ 18 ] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137]


18

предпринятые правительствами, направленные на решение проблемы безработицы, способствовали увеличению денежной массы по образцу социально ориентированных механизмов, призванных поддерживать уровень реальной заработной платы: факторов, подпитывающих процесс инфляции в глубине экономической стагнации. Так, цены на потребительские товары в странах-членах ОЭСР еще возрастали в среднем на 7,8% в 1977 г., 6,8% в 1978 г., 8% в 1979 г.

СТАГФЛЯЦИЯ: СТРУКТУРНЫЙ ИЛИ КОНЪЮНКТУРНЫЙ КРИЗИС?

Экономисты, анализировавшие феномен стагфляции 70-х годов, разделились на две большие группы: одни рассматривали ее как неотъемлемую часть развития послевоенных циклов конъюнктуры, другие увидели в ней проявление кризиса, носящего более глубокий структурный характер.

Согласно первой точке зрения, рецессия 70-х годов хотя и обладала рядом новых характерных признаков, принципиально ничем не отличалась от предыдущих. Некоторые экономисты считали, что стагфляцию можно победить, используя старую кейнсианскую терапию на базе фискальной политики. Однако ускорение темпов инфляции вскоре окончательно дискредитировало политику регулирования спроса посредством налоговых мероприятий, проводимых правительством. В результате верх одержали монетаристы, которые предали анафеме старые методы управления. Они полагали, что обуздать конъюнктурный цикл можно лишь при том условии, что государственное вмешательство будет ограничено контролем за объемом денежной массы. На первый взгляд, монетаристов и кейнсианцев разделяли глубокие противоречия, однако и те и другие считали, что феномен стагфляции не может быть уподоблен структурному кризису. Оба эти течения подчеркивали необходимость регулирования спроса, с той лишь разницей, что кейнсианцы играли на управлении реальным потреблением, а монетаристы вели речь о потреблении номинальном.

Некоторые американские исследователи конъюнктуры проанализировали циклы как таковые*. Они ожидали, что в течение 70-х годов мировые конъюнктурные циклы начнут сдвигаться. Согласно этим предположениям господствующая отньше система плавающих обменных курсов должна была способствовать изоляции национальных экономик, феномен, который замедлил бы распространение циклов и инфляции в межгосударственном аспекте. Однако сверка этой гипотезы с реальностью дала неожиданные результаты. К всеобщему удивлению синхронизация конъюнктурных циклов в мировом масштабе стала еще более очевидной, нежели в предшествующем десятилетии.

Поначалу главным объяснением этого факта стало случайное давление извне, каким был, например, нефтяной кризис. Некоторые экономисты переложили ответственность на монетарный фактор, так как считали, что система свободно колеблющихся обменных курсов быстро уступила место системе курсов, управляемо колеблющихся. Другие акцентировали внимание на расширившейся практике координации правительственных политик в мировом масштабе посредством встреч в верхах, хотя полезность их часто ставилась под сомнение.

Наконец, это растущая взаимозависимость индустриальных стран Запада, которая, как предполагается, сыграла главную роль. Эти страны, в большей степени зависящие от мировой торговли, продемонстрировали самый высокий уровень синхронизации циклов. К тому же в мировом масштабе относительная часть ВНП индустриальных государств, участвующих в мировой торговле, продолжала увеличиваться в течение 70-х годов. И если верно, что экономическая стагнация породила протекционистские требования, взаимозависимость усилилась гораздо больше, влияя на синхронизацию циклов производства.

Основываясь на этом заключении, эти экономисты полагали, что решение проблемы стагфляции заключается в дополнении "конъюнктурного" подхода струк-



турными реформами. Следовало остановить, а затем развернуть в обратную сторону процесс постепенного обобществления производства в рамках смешанной экономики. Необходимо было, чтобы раз и навсегда правительственная политика и экономическая система сблизились с системой свободного рьшка.

Для других экономистов историческая реальность - это цепь последовательных кумулятивных процессов, и можно априори считать неадекватной для сегодняшнего и завтрашнего общества всякую попытку, стремящуюся восстаяовить систему свободного рынка, ранее превалировавшую. Эти экономисты приравнивали стагфляцию к нисходящей цикла Кондратьева. Они отвергают концепцию жесткой структуры производства и уделяют большее внимание развитию структуры предложения. Ростоу (Rostow) и Ван Дюйн (Van Diujn) подчеркивали в этой связи значимость взаимодействий между первичным, вторичным и третичным секторами мировой экономики в мировом измерении. В 60-х годах внушительные инвестиции, вложенные в развитие вторичного и третичного секторов на Западе, в странах Восточного блока и в "третьем мире", вкупе с ростом населения земного шара позволили предвидеть возможность нехватки продуктов питания, сырья и энергии. Резкая смена пропорций обмена в начале 70-х годов в пользу стран, производящих сырье, вытекала, таким образом, из этого растущего дисбаланса. Ростоу и Ван Дюйн утверждали, что именно в этом контексте надо рассматривать ускорение инфляции с середины 60-х годов. К этой концепции относительных цен упомянутые исследователи добавили гипотезу движущих секторов в самом фабричном производстве.

Процесс "наверстывания" после войны в Европе и Японии по сравнению с США дал место в середине 60-х годов избыточным инвестициям в сектора экономики, которые были своего рода движущими силами общества потребления, а также в базовые отрасли, поддерживавшие их. Это в свою очередь способствовало появлению избыточных производственных мощностей. На Западе эти избыточные инвестиции и мощности усилились из-за происходившей индустриализации в странах Восточного блока и "третьего мира", где процесс концентрировался на тех же базовых отраслях*. Сыграли свою роль и другие факторы: структурный бюджетный дефицит, обусловленный ростом социальных расходов, и неопределенность, царившая на мировом валютном рынке. Последние надежды увидеть продолжение экономического роста исчезли.

По Ростоу и Ван Дюйну, если вложение капиталов в новые отрасли общества потребления, даже когда они поддерживаются государственными субвенциями, становится затруднительным, это служит признаком вхождения экономики в нисходящую стадию цикла Кондратьева. Структурный характер стагфляции был тому причиной. Конечно, восходящая этого цикла могла возобновиться по причинам опять же структурного характера, первой из которых являлось возникновение серии изобретений и нововведений в новые промышленные отрасли. Приведем здесь возможные области применения: новые технологии в области энергетики, биохимии, полномасштабное использование морских ресурсов, развитие сервиса, особенно в банковской сфере. Перестройка западной экономики, как ее видели Ростоу и Ван Дюйн, - процесс болезненный, который может быть реализован лишь в рамках смешанной экономики. Необходимо уважать законы рьшка, но правительству принадлежит решающая роль в развитии новых ключевых отраслей как в промышленности, так и в "третичном" (услуги) и "четвертичном" (коллективное владение) секторах экономики.

В действительности структурный подход Ростоу и Ван Дюйна навеян гипотезой, сформулированной Якобом М. Шмуклером (Jacob М. Schmookler), согласно которой экономическое развитие проистекает в основном из технологических нововведений. С другой стороны, продуктивность технологичедкого прогресса пропорциональна попыткам инноваций, т.е. инвестициям: если расходы на исследо-



вания и развитие удваиваются, технология развивается такими же темпами. Натан Розенберг (Nathan Rosenberg) и Ангюс Мэддисон (Angus Maddison) присоединились к этой гипотезе, хотя, согласно их взглядам, она может быть применена лишь к странам, испытывавшим технологическую отсталость. Для них однажды достигнутая граница технологического знания приведет к тому, что усилия, затраченные в основных отраслях экономики, чтобы вновь отодвинуть ее, скажутся на снижении производительности. Более того, вовсе не очевидно то, что, затрачивая усилия в других отраслях, можно сменить эту тенденцию™.

Экономисты марксистской ориентации часто ссылались на цикл Кондратьева, но они хотели доказать, что инфляция и стагфляция 70-х годов были проявлением более глубокого социально-политического кризиса. По этому поводу Эрнест Ман-дель (Ernest Mandel) обращался не только к социальному контексту "третьего мира", но также и к западной модели. Для него экономическая ситуация 70-х годов - это иллюстрация кризиса перепроизводства в условиях неокапитализма (период, который он квалифицировал как "третью стадию капитализма"). Инфляция и стагфляция 70-х годов - суть выражение того социально-политического кризиса, когда правящая верхушка пытается переложить на трудящихся издержки перехода экономики в нисходящую цикла Кондратьева. Этот кризис и его последствия были менее тяжелыми по сравнению с межвоенным, так как в значительной степени были нейтрализованы систематическим вмешательством правительств и расширением банковского кредита. Мандель также считал, что 70-е годы характеризовались общим кризисом системы империализма, когда прибавочная стоимость не принадлежала уже исключительно индустриальным государствам Запада. Перераспределение произошло между, с одной стороны, господствующей буржуазией империалистических государств, с другой стороны, стран-экспортеров нефти и новых индустриальных государств. Этот момент особенно активно дебатировался на V конгрессе ЮНКТАД в Маниле в 1979 г. Мандель считает, что решение этого кризиса произойдет посредством фундаментальных технологических инноваций, которые позволят извлекать дополнительную прибавочную стоимость, которая и достанется господствующим классам. Тем не менее во время следующей нисходящей фазы цикла Кондратьева, полагает экономист, рабочие смогут ликвидировать систему, которая предлагает им брать на себя издержки низкой конъюнктуры и отдавать плоды высокой конъюнктуры буржуазии. Революция изменит в корне социальный порядок и, в принципе, разрешит проблему распределения доходов; центральное императивное планирование устранит возможность перепроизводства и, соответственно, предотвратит появление структурных кризисов.

Многие экономисты из числа защитников окружающей среды относятся с изрядным скептицизмом к марксистскому утопизму. Они считают, что государственный капитализм в социалистическом духе еще больше, чем капитализм буржуазный (из-за возросшей мощности), ставит целью не только увеличение значимости основного фактора, но и за счет своего авторитарного и централизованного рационализма готов достигнуть своей цели массивного накопления, несмотря ни на какие издержки экономического или социального характера. Эти исследователи не верят в то, что уменьшение производства и избыточных мощностей возможно через изменение социальной структуры, как это полагают марксисты. Только коренная перестройка организации производства может воспрепятствовать развитию этих пагубных явлений. Экологисты рассматривают инфляцию и стагфляцию 70-х прежде всего как проявление кризиса в организации самих предприятий и в государстве, которое несет ответственность за то, что развитие экономической системы находится за пределами оптимального состояния*. Функционирование экономической системы достигло такой сложности, что и на Западе и на Востоке всякое усиление роста служит только усилению самой системы, а не улучшению условий жизни

[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [ 18 ] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137]