назад Оглавление вперед


[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [ 79 ] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110]


79

были бы более устойчивыми, чем высокие, на протяжении многих поколений, т.е. так называемая культура бедности, передаваемая от поколения к поколению, преобладала бы над культурой привилегированных слоев.

Во всех странах, данные по которым были мне доступны, включая США, ряд европейских стран [см.: Вескег, Tomes, 1986, tab. 7]и несколько стран Азии и Латинской Америки [Heckman.Hotz, 1986], заработки устойчиво сдвигаются к средней величине при переходе от поколения отцов к детям. Вероятно, существенно меньше 40% отклонения заработков вверх или вниз от их среднего уровня передается от отцов к сыновьям, и уж совсем незначительные отклонения как в ту, так и в другую сторону сохраняются у трех поколений семьи. Очевидно, способности и наследуемые качества, от которых зависят заработки, лишь в малой степени передаются от родителей к детям. Эта тенденция к возврату от "умеренного достатка к умеренному достатку" за срок в три поколения проявилась задолго до начала индустриализации, равно как и введения политики государственной поддержки образования и других видов человеческого капитала. Арабский историк и философ XIV в. Ибн Хальдун говорил (я обязан этой ссылкой Гите Наша): "Престиж - это случайность, влияющая на людей. Он появляется и затем неизбежно исчезает... Он сходит на нет на протяжении четырех последующих поколений одной семьи..." [Ibn Khaldun, 1958, p. 279]. И далее: "Как правило, ни одна династия не существовала на протяжении более чем трех поколений" [ibid, р. 343].

Во всех этих странах низкие заработки, так же, как и высокие, практически не передаются от отцов к сыновьям. Утверждение Ф. Найта, что семейная жизнь вызывает растущее неравенство, не согласуется с имеющимися фактами. К тому же данные как по США, так и по Англии, похоже, подтверждают правильность нашей теории, что тенденция к передаче из поколения в поколение низких заработков является более устойчивой, чем высоких [см.: Siebert, 1987]. Конечно, доходы богатых семей идут по нисходящей от поколения к поколению медленнее, чем заработки, потому что дети из богатых семей получают наследства и дарения от родителей [см.: Вескег, Tomes, 1986, tab. 2].

13.5

Заключительные замечания

Проблема семьи привлекла мое внимание своей важностью для всех стран независимо от типа экономической системы или уровня развития. Люди проводят большую часть своей жизни в состоянии зависимости - от родителей в детстве и от взрослых детей в старости. Брак - это критический шаг для большинства людей, дети отнимают время, энергию и деньги родителей, причиной развода очень часто бывают экономические затруднения, психологическая депрессия и т.д. Из года в год становится все больше экономическихисследований семьи, и они оказывают влияние на подходы представителей других социальных дисциплин к этому фундаментальному институту.

Экономический анализ поведения семьи стимулирует развитие технического аппарата и способов исследования, которые уже повлияли на многие разделы макроэкономики, и еще больше - на экономику труда и сельского хозяйства, а также на теорию организации отрасли и теорию предпочтений. Например, трактовка брака как процесса сортировки мужчин и женщин для создания малых "партнерств" с помощью достаточно эффективного брачного рьшка помогает анализировать то, как рабочие и управляющие распределяются по различным фирмам. Рассмотрение развода в качестве обоюдного решения супругов, основанного на информации, полученной за время совместной жизни, способствовало тому, что в исследованиях о прерывании отношений между фирмами и рабочими на рынке труда теоретическое различие между добровольными и вынужденными увольнениями оказалось сглаженным и стала подчеркиваться роль информации об условиях и производительности труда, накапливаемой за время пребывания на рабочем месте.

Однако основная идея моего обращения не в том, чтобы напомнить о важности семьи как таковой, пусть даже благосостояние семьи - это главная задача успешно работающей экономической системы. И не в том, чтобы продемонстрировать технику анализа, помо-



гающую понять, что выбор, осуществляемый семьями, важно учитывать в других разделах экономической науки. Основная идея состоит в том, что поведение семьи активно, а не пассивно, эндогенно, а не экзогенно. Семья оказывает огромное влияние на экономику, а развитие экономики значительно изменяет структуру семьи и характер принимаемых в ней решений. При обсуждении проблемы экономического роста и других макроэкономических вопросов я показал, как взаимодействуют семья и экономика. Растущее осознание взаимодействия экономического развития и решений на уровне семьи будет способствовать тому, чтобы в основном течении экономической мысли ей нашлось достойное место.

ПРВДПОЧТЕНИЯ,

ПРИВЫЧКИ,

ПРИСТРАСТИЯ

de gustibus поп est disputandum

теория рациональных пристрастий

привычки, пристрастия и традиции



DE GUSTIBUS NON EST DISPUTANDUM

Первая публикация Stigler G.J.. Becker G.S De Gustibus Non Est Disputandum The American Economic Review. 1977. Vol. 67. N 2. P. 76-90

Перевод

выполнен no указанному источнику с согласия American Economic Association

Древнее предостережение не спорить о вкусах понимается обычно как совет прекращать спор, как только он упирается в разницу во вкусах, поскольку, по всей очевидности, рациональных аргументов для переубеждения больше уже нет. Вкусы - это не подлежащие опровержению аксиомы человеческого поведения: человека можно с полным основанием (и с пользой для него) критиковать за неэффективность в удовлетворении его же желаний, но сами желания есть нечто данное. Со скверными пристрастиями (скажем, к поджогам) можно бороться с помощью принуждения и наказания, но их, по крайней мере у взрослого человека, невозможно изменить убеждением.

Однако вьюказывание, вьшесенное в заголовок, допускает, как нам кажется, и иное толкование, которому и следовало бы отдать предпочте-

* О вкусах не спорят (лат). Работа написана в соавторстве с Дж. Стиглером. Авторы благодарят за ценные замечания Майкла Боздари-ча, Джилберта Геза, Джеймса Хэкмсна, Питера Пашиджяна, Сэма Пельцмана, Дональда Уитт-мена, а также участников семинара по экономике организации отрасли (Чикагский университет).

ние, а именно: вкусы не меняются по прихоти и не слишком отличаются у разных людей. Согласно этой точке зрения, никто не спорит о вкусах по той же причине, по какой никто не спорит о Скалистых горах: они существуют, будут существовать и одинаковы для всех.

Разница между двумя этими взглядами на вкусы принципиальна. При традиционном подходе обсуждение прекращается, как только объяснение экономических явлений упирается в различия во вкусах отдельных людей или целых эпох: с этого момента проблема переходит в ведение тех, кто занимается изучением и объяснением вкусов (психологов? антропологов? френологов? социобиологов?). Для подхода, которому отдаем предпочтение мы, такого тупика вообще не существует: эшномист никогда не прекращает своих попыток объяснять изменения или расхождения в поведении людей различиями в ценах и доходах.

Выбор между этими взглядами на роль вкусов в экономической теории в конечном счете должен быть сделан исходя из оценки их плодотворности для анализа. При традиционном восприятии вкусов как причудливых и зачастую неустойчивых исследователь прекращает анализ, как только их роль оказывается значительной, и сосредоточивает свои усилия на других проблемах. Если же он придерживается нашего подхода, то ищет, подчас долго и тщетно, сложные способы, какими при помощи цен и доходов можно объяснить различия в поведении отдельных людей или целых эпох. Если такой подход дает лучшие результаты, ему и следует отдать предпочтение. Главная задача данной статьи - обосновать предположение, что вкусы можно с успехом рассматривать как устойчивые во времени и сходные для разных людей.

Амбщиозность наших намерений требует заявить о них открыто: мы выдвигаем гипотезу, что широко распространенные и (или) устойчивые формы человеческого поведения можно объяснять, исходя из обобщенного принципа максимизации полезности и основанных на нем расчетов, не прибегая к ограничительной оговорке о "неизменности вкусов". Этот тезис непосредственно недоказуем, поскольку он является утверждением об окружающем мире, а не логическим высказыванием. Более того, можно почти наугад приводить примеры явлений, которые пока не поддаются объяснению исходя из этой гипотезы: почему существует инфляция, почему мало евреев занимаются фермер-

[Старт] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [ 79 ] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110]